Прошла зима, и все, кто мог летать…

Вчера был первый, кажется, весенний день. Не метеорологически, не потому, что было жалкое и беспомощное солнце, не потому, что с крыш текло энергичнее, не потому, чтобы случилось что-то, отдаленно напоминающее закат, – просто по внутреннему чувству. Будто сидишь в темном зале, смотришь легкое кино, где всё удается, где расстаются, но обязательно встретятся в финале, и знают наверняка, что встретятся, как же иначе, где со смертельной раной продолжают жить, где обширный инфаркт лечат валерьянкой, где нет одиночества, где нет отчаяния, где все поняты и прощены. Пройдет совсем немного времени, сезон переменится, пленка домотается до конца, пройдут титры, в зале зажжется свет, ты выйдешь на улицу, туда, где расстаются навсегда, платят нелюбовью за любовь, мучительно умирают, рассыпают на пол нитроглицерин, потому что нет больше смысла его пить, отчаиваются и лезут на стену, – но всё равно этот весенний сеанс легкого кино еще будет крутиться в твоей памяти. И его хватит, чтобы жить дальше.