строчки в столбик

в середине зимы, дальше от милосердной осени,
к равнодушной весне с каждым закатом ближе
еще можно взглянуть из окна в охлажденный досиня
хрупкий день, но уже не сбежать на лыжах
от бесснежной зимы; остается, увы, не больно-то
перспектив: книгу чужую листая на ночь,
представлять себя ее автором и, золото
разменяв на гроши, о сдаче забывши напрочь,
подъезжать на рассвете к Кракову или Выборгу,
соединяя в памяти, что вдребезги раскололось,
да на желтой лестнице слышать еврейский выговор,
не разбирая слов, но узнавая голос.